v_s_e_horosho | Эти дети

Недавно позвонила мне моя мама и сквозь всхлипы прорыдала, что нашла у себя бумажку с Семиным стихотворением... да, у него такое сейчас время, он пишет стихи, такие, кривоватые, с рифмой а-ля "Баста", с ударениями на безударные слоги, со строфами разной длины, рэповские речитативы. Так вот, найденное бабушкой стихотворение было про смерть, одиночество, отчаяние, порванную одежду... Мама зачитала его мне вслух, а на последней строчке опять разрыдалась. Потому что ей Сему жалко. Никакие мои объяснения, что это просто такой период и все дети пробуют писать стихи рано или поздно, и задумываются о смерти тоже примерно в этом возрасте, не помогли: мама была безутешна... Испуганным голосом просила меня быть с Семой помягче, поласковее.

При этом Сонька продолжает тиранить Сему изо всех сил, и я не знаю, как прекратить это безобразие. Она постоянно проверяет границы дозволенного, но если мы, взрослые, можем сказать ей "нет и все тут" и вытерпеть тот взрыв негодования, который немедленно за этим последует, то Семка сдается довольно быстро: он не переносит Сонькиных воплей. А надо сказать, что именно с ним она орет особенно пронзительно, визжит почти на ультразвуке, с переливами, с рычащими обертонами, и выяснила для себя одну простую зависимость - чем громче она заорет, тем быстрее Семка сделает то, что ей нужно. Это ужасно, ужасно, и я не знаю, как ему объяснить, что так нельзя.

Сколько я ни объясняла ему, что надо давать ей отпор, что "нельзя - значит нельзя при любых обстоятельствах", а не так что "вообще-то нельзя, но если очень сильно заорешь - то можно" - он отвечает однообразно на все мои нравоучения: "мама, я не могу слышать, как она орет. И вообще она меня почему-то не слушается." Конечно не слушается - да она из него просто веревки вьет. По вечерам, не выдержав ее приставаний, он прячется в своей комнате, плотно закрыв дверь, а Сонька подходит к его двери каждые 5 минут и стучит, или пытается заглянуть в щель под дверью (горит ли там свет), или прикладывает к двери ухо (не слышно ли оттуда каких-нибудь звуков). Если Семка не выдерживает и выходит на волю, например, в туалет, она с радостным воплем бросается к нему, как будто не видела его долго-долго, обнимает за ноги, лезет на руки... а через 10 минут снова начинает его доводить своими воплями.

С мыльными пузырями этими согрешили прям. Соня требует их непрерывно, ловит пузыри руками, ртом и носом, для обозначения пузырей у нее уже есть специальный жест. Убрать их от нее невозможно, у нее сразу случается такое горе, что отвлечь от него ничем не получается. А она, налюбовавшись, как пузыри летают по комнате, требует себе емкость с мыльным раствором... и тут же его проливает, и горько плачет потом, размазывая обеими руками по ковру мокрое пятно и даже припадая к нему губами. Сема дает ей дуть в трубочку, обмакнув ее в раствор, а она тайком перехватывает трубочку так, что ему уже не удается ее забрать назад, а потом она ненавязчиво завладевает и самой баночкой, пока он сам, раскрыв рот, любуется на очередное чудо. Когда он наконец замечает, что хозяин баночки переменился, бывает уже поздно: Сонька убегает с вожделенным предметом в самую дальнюю комнату, закрывая за собой все двери.

Когда Соня делает что-то не то, бывает достаточно сказать ей просто "нельзя" строгим голосом, и она тут же горестно разевавет рот во всю ширь, сначала беззвучно, на вдохе, который все длится и длится, а потом наконец на выдохе выдает первый сиплый рев, а из зажмуренных глаз градом брызжут огромные слезы. На звук ее плача Семка тут же выбегает из своей комнаты, она, растопырив руки и по-прежнему зажмурив глаза, идет вслепую к нему навстречу и наощупь залазит на ручки, а Семка, причитая и уговаривая, несет ее в ванну и там умывает, утешает, вытирает полотенчиком с зайчиком, после чего она опять залазит к нему на руки, обнимает одной рукой за шею, а второй показывает, куда ее нести. Всхлипывает, размазывает рукой плохо вытертые остатки рёва. А у него при этом такое же расстроенное лицо, как будто это он тут только что рыдал.

В ходу у нас дома есть одна страшная угроза: ай, кому щас по попе дам! при этом по попе-то, в общем, ребенка и не лупили, и откуда у нее этот ответный жест? Она хлопает себя по бедру с оглушительными хлопками раскрытой ладонью, приседает, улыбается и кивает головой: да, мне, мне сейчас по попе! Семка при этом выскакивает из засады с воплем "мама, НЕ НАДО ЕЕ ПО ПОПЕ БИТЬ!!!", а Соня бросается к нему и прячется за его ноги, или залазит на ручки, ища защиты, все участники хохочут. Все бы ничего, когда такие сцены происходят дома, а вчера, забывшись, я сказала ту же самую фразу на детской площадке... Надо было видеть, КАКИМИ глазами смотрели на меня мамы, когда Семка завопил "мама, нет, не надо, не бей ее по попе!", а Соня бросилась к нему на ручки...

Flat | Top-Level Comments Only

From:

yalana.livejournal.com

оооооооо, рыдаю)))) супер)

From:

v-s-e-horosho.livejournal.com

я сбежала оттуда, если честно :)
уж больно на меня полсде этого выступления смотрели недобро, ггг

From:

guzelyali.livejournal.com

Надо же, как Соне повезло с братом!
Я раньше немного с недоверием относилась к описаниям Сони, думала, что ребенок НЕ МОЖЕТ быть таким, а вот теперь (к 15 месяцам дочери) понимаю, что может, и даже кажется, что все прям про нас написано! Кстати, цвет лица у Сони на этом длинном вдохе не меняется? У Алсу лицо краснеет и даже как-то "фиолетовеет", мне даже говорили, что ее проверить стоит у врача...

From:

v-s-e-horosho.livejournal.com

Хихи, я тоже раньше думала, что ребенок не может быть таким :)
У меня тоже краснеет от натуги, когда орет так, что желудок видать :)

Эти дети

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags