Ненужные дети
May. 21st, 2011 02:09 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
v_s_e_horoshoВ соседней лаборатории, рентгеновской дефектоскопии, работает такая Наташечка, рыжая как лисичка, лет на 10 меня постарше. Она замужем, у нее двое удивительно рыжих пацанов, как две капли похожих на нее, маленькие рыжики. Один умный и в очках, постарше, другой сильный и с бицепсами - младший. А еще у Наташки есть младший брат Тоха, по кличке Бурят - узкоглазый, плосколицый веселый парень, работает на УралАЗе в токарном.
Кличка у Наташки в детстве была Пончик, но не по комплекции, а от фамилии. Фамилию ей мама дала свою, а лучше бы папину, может, тогда бы не дразнили. Наташа все спрашивала, как у папы фамилия, а мама ей все не хотела говорить, а может, и сама не помнила. Тохиного папашу Наташка помнила смутно, был какой-то узкоглазый чернявый мужик в ее раннем детстве, играл на гитаре, Наташку с гиканьем катал на плечах, а верещавшего Тоху подкидывал высоко к потолку, и Наташка все боялась, что он расшибется. Мужик он был вроде незлой, и лучше бы мама его не выгоняла тогда, может, все бы по-другому сложилось у них в жизни.
После того, как выгнала Тохиного папу, мама стала часто пропадать, оставляя их с Тохой вдвоем дома. Просто в магазин, или в гости к подружке, или "по делам", иногда длившимся до самого утра. Наташка уже ходила в садик, Тоха - в тот же садик, но в ясельную группу, для самых маленьких. В садике каждый день, задолго до того, как начинало темнеть, и всех деток по одному разбирали мамы, папы и бабушки, Наташка прилипала глазами к сетчатому забору и, сжав кулаки, начинала изо всех сил ждать маму. Иногда мама показывалась в конце дорожки, и весь мир тогда освещался невиданным светом и расцвечивался яркими красками счастья, даже если было промозгло, пасмурно и шел дождь. Она очень, очень маму любила - даже не смотря на... не смотря ни на что любила. Впрочем, иногда мама не приходила, как бы сильно Наташа не сжимала кулаки в ожидании ее прихода.
Много раз было, что оставались они с Антохой самыми последними в группах, каждый в своей, и пожилая воспитательница тогда сама, тяжело вздыхая и что-то бормоча сердито себе под нос, отводила их домой. Наташка издалека взглядом искала свои окна, отсчитывая третий этаж, угловая без балкона, загадывая, будут они светиться или нет, хотя и это еще на самом деле ничего не значило. Иногда мама была дома даже с выключенным светом: спала. Иногда она была дома не одна, а с компанией. А если нет - их сдавали соседке, с которой у них был общий коридорчик, и так бы продолжалось еще долго, не пропади однажды мама насовсем. Вечером они заснули как обычно, а с утра мамы уже не было. В садик они в тот день не пошли, входная дверь была закрыта на ключ снаружи, и они остались дома, и даже сперва немножко обрадовались приключению. Тохе было почти 3 года, Наташе - пять.
К вечеру их приключение несколько прокисло. Сначала выпили старое молоко, даже испорченное, Наташка его с сахаром развела, получилось почти как простокваша, только жидкая. Потом съели хлеб, засохшую горькую сметану и сушки. Потом съели весь сахар, запивая водой прямо из-под крана, было ужасно вкусно и жалко, когда сахар тоже кончился. Потом пытались сварить кашу из сушеного гороха, но ничего у них не получилось, хорошо хоть дом не спалили. А больше никаких продуктов дома не было.
Наташка всё стучала во входную дверь каждые несколько часов, и в замочную скважину кричала "эээээээй", а Тоха висел на подоконнике и скулил - мааама, ну мааамоцька, ну ты гдееее... А потом устал и уже не висел, а лежал на кровати и плакал, и Наташка сначала его утешала и вытирала сопли грязным платком на правах старшей, а потом тоже плакала вместе с ним, так и засыпали, обнявшись, в слезах. На следующий день они с самого утра проснулись от голода, и полдня махали в окно прохожим, Наташка даже вставала на подоконник и стучала ладонями по стеклу, осторожно, чтобы не разбить, а то мама будет ругаться, когда вернется - но люди их просто не замечали, только один раз какая-то девочка помахала в ответ. Открыть окно, чтобы позвать людей с улицы, они не смогли - шпингалеты были намертво закрашены краской - а разбить стекло не догадались. Или побоялись. На шестой день их заточения, когда они оба спали как бы в забытьи, наконец пришла... не мамочка, а воспитательница с участковым, и хлипкую дверь выломали, потому что они не смогли ее открыть (а Тоха - даже встать с кровати), и отвезли их, вялых и зареванных, сначала в больницу, а потом в приемник-распределитель. Антоха потом долго лежал в больнице, а Наташка ничего, здоровье крепкое оказалось, небольшая голодовка нипочем. Соседка по общему коридорчику, по гнусному совпадению, на которые так щедра бывает жизнь, тогда как раз уехала отдыхать в санаторий. Наташка до сих пор не понимает, как это никто из других соседей не услышал их криков, ее стука в дверь и в окна, наверное, она была еще маленькая и стучала совсем тихо.
А мама в тот раз просто уехала на поезде в далекие степи за своей новой сумасшедшей любовью, и ее за эту любовь по суду лишили родительских прав, но узнала она об этом только спустя несколько лет, когда дети давно уже жили с прабабушкой, приехавшей в Миасс из Усть-Катава и забравшей их из распределителя с помощью невиданной по размерам взятки: прабабушка была старенькая и детей ей отдавать по идее не должны были из-за преклонного возраста. Тогда она продала свой добротный деревянный дом, подсказали добрые люди - как, кому и сколько.
Прабабушка была добрая и усталая, и много плакала. Скучала в квартире по своему дому, наверное. Она сначала рассказывала детям сказку про маму-принцессу, которую волшебница взяла к себе в гости, чтобы научить колдовать, а потом уже ничего не рассказывала, только вздыхала на все расспросы и вытирала слезы коричневой ладонью. Тогда они с братом решили, что мама умерла, и для обоих было шоком, когда однажды, спустя несколько лет после исчезновения, она все-таки приехала из своей стажировки у волшебницы - страшная, лохматая, без двух передних зубов и почему-то в мужском пальто и галошах. Дверь открыл Тоха и не узнал ее, испуганно позвал бабушку, а эта страшная женщина кричала "сыночек, сыночек" и рвалась в квартиру. Бабушка не впустила ее, и они долго очень громко говорили о чем-то в подъезде, и бабушка потом кричала "пошла отседова, шалава, я щас милицию вызову!". Потом мама кричала и билась в дверь, но бабушка ее так и не впустила, и вызвала милицию, и все затихло в подъезде, и весь вечер она потом пила на кухне капли и плакала, шепча себе под нос "сука, вот ведь сука какая". Тоха с Наташкой затаились в своей комнате, всё ждали, что мама вот-вот влетит в форточку на помеле - волшебница, у которой она обучалась, явно была ведьмой, судя по маминой новой внешности. Так и уснули, не дождавшись.
На следующий день, в пятницу, бабушка их в школу не пустила, они сидели дома и радовались незаконному выходному. И в субботу с воскресеньем они тоже никуда не ходили, даже гулять, и в магазин за продуктами бабушка ходила сама, хотя это давно была Тохина обязанность. В понедельник прабабушка пошла их провожать до школы, чего отродясь не было, даже когда они были первоклассниками, и они догадались: охраняет от злой волшебницы. Но никто на них так и не напал, хоть они и ожидали этого еще пару недель. Потом забыли и стали жить как прежде, как будто никто никогда и не кричал сипло в приоткрытую дверь на цепочке "сыночек, сыночек".
Наташка после восьмого класса пошла в профтехучилище, быстренько получила там профессию лаборанта-рентгенолога, а Тоха спустя пару лет пошел в ту же шарагу учиться на токаря. Парень был смышленый, ему бы в институт, да какое там: бабушка уже была совсем плоха, жили они бедно, нужно было работать, не до институтов. Когда они уже оба работали, прабабушка умерла на 95 году жизни, и начать разыскивать мать, чтобы ее известить, им и в голову не пришло. Похоронили сами, с деньгами и столовой для поминок помогло предприятие, стали жить дальше.
Тоха живет в общежитии при УралАЗе и семьей обзаводиться не торопиться до сих пор. Натаха вышла замуж - в первый раз неудачно, потом вроде ничего, и муж долго удивлялся парочке ее бзиков: во-первых, она никогда, никогда не оставляла дома детей одних. Пока они были маленькие, везде таскала их с собой, ну буквально даже идя на пять минут за хлебом в магазин - одевала и вытаскивала с собой обоих, и даже когда они оба уже учились в начальной школе - тоже не оставляла, пристраивала их то в продленку, то к соседке, то к подружкиной дочке под пригляд. Они оба ворчали и всячески пытались вырваться на свободу, отвоевать свое мужское право на самостоятельность, но при каждой такой их попытке она сразу бледнела, веснушки резко выступали на ее узком лице, и пацаны отступались. К соседке - значит к соседке. А по вечерам, ожидая возвращения пацанов из секций и мужа с работы, она всегда включала свет во всех комнатах и в кухне. А еще у нее дома всегда был абсолютно несуразный запас еды, какие-то несчитанные пачки сухарей на антресолях, мешки с крупами, которые вечно жрали насекомые и потом летали по всему дому, толстые и довольные, и банки с вареньями стояли рядами под кроватью и засахаривались год от года. И замок у нее дома всегда можно было открыть изнутри, без помощи ключа.
Кличка у Наташки в детстве была Пончик, но не по комплекции, а от фамилии. Фамилию ей мама дала свою, а лучше бы папину, может, тогда бы не дразнили. Наташа все спрашивала, как у папы фамилия, а мама ей все не хотела говорить, а может, и сама не помнила. Тохиного папашу Наташка помнила смутно, был какой-то узкоглазый чернявый мужик в ее раннем детстве, играл на гитаре, Наташку с гиканьем катал на плечах, а верещавшего Тоху подкидывал высоко к потолку, и Наташка все боялась, что он расшибется. Мужик он был вроде незлой, и лучше бы мама его не выгоняла тогда, может, все бы по-другому сложилось у них в жизни.
После того, как выгнала Тохиного папу, мама стала часто пропадать, оставляя их с Тохой вдвоем дома. Просто в магазин, или в гости к подружке, или "по делам", иногда длившимся до самого утра. Наташка уже ходила в садик, Тоха - в тот же садик, но в ясельную группу, для самых маленьких. В садике каждый день, задолго до того, как начинало темнеть, и всех деток по одному разбирали мамы, папы и бабушки, Наташка прилипала глазами к сетчатому забору и, сжав кулаки, начинала изо всех сил ждать маму. Иногда мама показывалась в конце дорожки, и весь мир тогда освещался невиданным светом и расцвечивался яркими красками счастья, даже если было промозгло, пасмурно и шел дождь. Она очень, очень маму любила - даже не смотря на... не смотря ни на что любила. Впрочем, иногда мама не приходила, как бы сильно Наташа не сжимала кулаки в ожидании ее прихода.
Много раз было, что оставались они с Антохой самыми последними в группах, каждый в своей, и пожилая воспитательница тогда сама, тяжело вздыхая и что-то бормоча сердито себе под нос, отводила их домой. Наташка издалека взглядом искала свои окна, отсчитывая третий этаж, угловая без балкона, загадывая, будут они светиться или нет, хотя и это еще на самом деле ничего не значило. Иногда мама была дома даже с выключенным светом: спала. Иногда она была дома не одна, а с компанией. А если нет - их сдавали соседке, с которой у них был общий коридорчик, и так бы продолжалось еще долго, не пропади однажды мама насовсем. Вечером они заснули как обычно, а с утра мамы уже не было. В садик они в тот день не пошли, входная дверь была закрыта на ключ снаружи, и они остались дома, и даже сперва немножко обрадовались приключению. Тохе было почти 3 года, Наташе - пять.
К вечеру их приключение несколько прокисло. Сначала выпили старое молоко, даже испорченное, Наташка его с сахаром развела, получилось почти как простокваша, только жидкая. Потом съели хлеб, засохшую горькую сметану и сушки. Потом съели весь сахар, запивая водой прямо из-под крана, было ужасно вкусно и жалко, когда сахар тоже кончился. Потом пытались сварить кашу из сушеного гороха, но ничего у них не получилось, хорошо хоть дом не спалили. А больше никаких продуктов дома не было.
Наташка всё стучала во входную дверь каждые несколько часов, и в замочную скважину кричала "эээээээй", а Тоха висел на подоконнике и скулил - мааама, ну мааамоцька, ну ты гдееее... А потом устал и уже не висел, а лежал на кровати и плакал, и Наташка сначала его утешала и вытирала сопли грязным платком на правах старшей, а потом тоже плакала вместе с ним, так и засыпали, обнявшись, в слезах. На следующий день они с самого утра проснулись от голода, и полдня махали в окно прохожим, Наташка даже вставала на подоконник и стучала ладонями по стеклу, осторожно, чтобы не разбить, а то мама будет ругаться, когда вернется - но люди их просто не замечали, только один раз какая-то девочка помахала в ответ. Открыть окно, чтобы позвать людей с улицы, они не смогли - шпингалеты были намертво закрашены краской - а разбить стекло не догадались. Или побоялись. На шестой день их заточения, когда они оба спали как бы в забытьи, наконец пришла... не мамочка, а воспитательница с участковым, и хлипкую дверь выломали, потому что они не смогли ее открыть (а Тоха - даже встать с кровати), и отвезли их, вялых и зареванных, сначала в больницу, а потом в приемник-распределитель. Антоха потом долго лежал в больнице, а Наташка ничего, здоровье крепкое оказалось, небольшая голодовка нипочем. Соседка по общему коридорчику, по гнусному совпадению, на которые так щедра бывает жизнь, тогда как раз уехала отдыхать в санаторий. Наташка до сих пор не понимает, как это никто из других соседей не услышал их криков, ее стука в дверь и в окна, наверное, она была еще маленькая и стучала совсем тихо.
А мама в тот раз просто уехала на поезде в далекие степи за своей новой сумасшедшей любовью, и ее за эту любовь по суду лишили родительских прав, но узнала она об этом только спустя несколько лет, когда дети давно уже жили с прабабушкой, приехавшей в Миасс из Усть-Катава и забравшей их из распределителя с помощью невиданной по размерам взятки: прабабушка была старенькая и детей ей отдавать по идее не должны были из-за преклонного возраста. Тогда она продала свой добротный деревянный дом, подсказали добрые люди - как, кому и сколько.
Прабабушка была добрая и усталая, и много плакала. Скучала в квартире по своему дому, наверное. Она сначала рассказывала детям сказку про маму-принцессу, которую волшебница взяла к себе в гости, чтобы научить колдовать, а потом уже ничего не рассказывала, только вздыхала на все расспросы и вытирала слезы коричневой ладонью. Тогда они с братом решили, что мама умерла, и для обоих было шоком, когда однажды, спустя несколько лет после исчезновения, она все-таки приехала из своей стажировки у волшебницы - страшная, лохматая, без двух передних зубов и почему-то в мужском пальто и галошах. Дверь открыл Тоха и не узнал ее, испуганно позвал бабушку, а эта страшная женщина кричала "сыночек, сыночек" и рвалась в квартиру. Бабушка не впустила ее, и они долго очень громко говорили о чем-то в подъезде, и бабушка потом кричала "пошла отседова, шалава, я щас милицию вызову!". Потом мама кричала и билась в дверь, но бабушка ее так и не впустила, и вызвала милицию, и все затихло в подъезде, и весь вечер она потом пила на кухне капли и плакала, шепча себе под нос "сука, вот ведь сука какая". Тоха с Наташкой затаились в своей комнате, всё ждали, что мама вот-вот влетит в форточку на помеле - волшебница, у которой она обучалась, явно была ведьмой, судя по маминой новой внешности. Так и уснули, не дождавшись.
На следующий день, в пятницу, бабушка их в школу не пустила, они сидели дома и радовались незаконному выходному. И в субботу с воскресеньем они тоже никуда не ходили, даже гулять, и в магазин за продуктами бабушка ходила сама, хотя это давно была Тохина обязанность. В понедельник прабабушка пошла их провожать до школы, чего отродясь не было, даже когда они были первоклассниками, и они догадались: охраняет от злой волшебницы. Но никто на них так и не напал, хоть они и ожидали этого еще пару недель. Потом забыли и стали жить как прежде, как будто никто никогда и не кричал сипло в приоткрытую дверь на цепочке "сыночек, сыночек".
Наташка после восьмого класса пошла в профтехучилище, быстренько получила там профессию лаборанта-рентгенолога, а Тоха спустя пару лет пошел в ту же шарагу учиться на токаря. Парень был смышленый, ему бы в институт, да какое там: бабушка уже была совсем плоха, жили они бедно, нужно было работать, не до институтов. Когда они уже оба работали, прабабушка умерла на 95 году жизни, и начать разыскивать мать, чтобы ее известить, им и в голову не пришло. Похоронили сами, с деньгами и столовой для поминок помогло предприятие, стали жить дальше.
Тоха живет в общежитии при УралАЗе и семьей обзаводиться не торопиться до сих пор. Натаха вышла замуж - в первый раз неудачно, потом вроде ничего, и муж долго удивлялся парочке ее бзиков: во-первых, она никогда, никогда не оставляла дома детей одних. Пока они были маленькие, везде таскала их с собой, ну буквально даже идя на пять минут за хлебом в магазин - одевала и вытаскивала с собой обоих, и даже когда они оба уже учились в начальной школе - тоже не оставляла, пристраивала их то в продленку, то к соседке, то к подружкиной дочке под пригляд. Они оба ворчали и всячески пытались вырваться на свободу, отвоевать свое мужское право на самостоятельность, но при каждой такой их попытке она сразу бледнела, веснушки резко выступали на ее узком лице, и пацаны отступались. К соседке - значит к соседке. А по вечерам, ожидая возвращения пацанов из секций и мужа с работы, она всегда включала свет во всех комнатах и в кухне. А еще у нее дома всегда был абсолютно несуразный запас еды, какие-то несчитанные пачки сухарей на антресолях, мешки с крупами, которые вечно жрали насекомые и потом летали по всему дому, толстые и довольные, и банки с вареньями стояли рядами под кроватью и засахаривались год от года. И замок у нее дома всегда можно было открыть изнутри, без помощи ключа.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2011-05-21 08:19 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 08:49 am (UTC)А там ниже в комменте мне написали вообще страшную вещь, моя история - просто добрая наивная сказка по сравнению с той...
(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 08:32 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 08:49 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 08:33 am (UTC)Спасибо за то, что Вы пишете - очень помогает расставлять приоритеты...
no subject
Date: 2011-05-21 08:50 am (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 08:40 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 08:51 am (UTC)(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 08:49 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 08:50 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 08:54 am (UTC)а еще про меня говорят "хрена ты с ней (Ленкой) носишься, оставь на полчаса"
no subject
Date: 2011-05-21 09:08 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 09:12 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 09:25 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 09:44 am (UTC)Вот у меня какое-то вне сознания - я тоже боюсь оставлять, хотя и близко ничего.. и запасы есть, и замок..
no subject
Date: 2011-05-22 05:59 am (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 09:45 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-22 05:47 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 11:07 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 11:59 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 12:30 pm (UTC)Из жизни. Душещипательное.
Date: 2011-05-21 12:37 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 12:43 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 01:05 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-22 05:47 am (UTC)(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 01:10 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 01:10 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 02:39 pm (UTC)По поводу еды есть страх, но небольшой. До делания запасов не доходит.
Ну, и не помню я ничего, конечно же.
no subject
Date: 2011-05-21 06:52 pm (UTC)(no subject)
From:дубль два
From:Re: дубль два
From:no subject
Date: 2011-05-21 02:56 pm (UTC)но про дом в поселке - ужас
по моему это сравнимо с войной - с собственными детьми .....почему должны страдать дети- ну не нужны они тебе - отдай в приют .....
no subject
Date: 2011-05-22 05:49 am (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 03:08 pm (UTC)истории ужасные, в комментах - особенно. уж лучше сразу передать детей кому-то, кто будет заботиться, чем так вот бросать.
no subject
Date: 2011-05-22 05:56 am (UTC)(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 03:12 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-22 05:54 am (UTC)no subject
Date: 2011-05-21 06:43 pm (UTC)no subject
Date: 2011-05-22 05:50 am (UTC)(no subject)
From:no subject
Date: 2011-05-21 06:54 pm (UTC)и как много уважения к взрослым, которые вырастают из таких детей и стремятся заботиться о детях. несмотря на то, что сами заботу нифига не получали
Юль, а пишешь, как всегда, прекрасно!
no subject
Date: 2011-05-22 05:51 am (UTC)спасибо:)